ЭРЛ - ЭНДОЭКОЛОГИЧЕСКАЯ РЕАБИЛИТАЦИЯ И ЛЕЧЕНИЕ ПО ЛЕВИНУ
Каталог статей
Меню сайта

Категории раздела

Наш опрос
Оцените Экологическое состояние окружающей среды
Всего ответов: 25

Реестр лицензий
  • Рублево-Успенский ЛОК
  • Подмосковье
  • Пансионат Алсма
  • ЭкоМедУрал
  • Скарлет»
  • ЛДЦ Кутузовский
  • Солнечный берег
  • M’Istra’L Hotel & SPA»
  • Санаторий Чайка
  • Белые Ночи
  • Alex Beach Hotel
  • ENDOEKOMED s.r.o.

  • Статистика

    Сайт ЭНДОЭКОМЕД

     Форум Эндоэкология



    · RSS 20.10.2017, 12:04

    Главная » Статьи » Мои статьи

    ВЗАИМОСВЯЗЬ СВЁРТЫВАЕМОСТИ КРОВИ, ЛИМФЫ И ТКАНЕВОЙ ЖИДКОСТИ
     Кузник Б.И., Малежик Л.П., Цыбиков Н.Н., Витковский Ю.А. Читинская государственная медицинская академия Исследованиями Ю.М. Левина (1978-2001) убедительно доказано, что в крови, лимфе и тканевой жидкости, являющихся единой системой гуморального транспорта, не может быть изолированных сдвигов свёртываемости и фибринолитической активности. Более того, по нашему мнению эти процессы должны быть тесно связаны с функциональной активностью клеточных структур, способных оказывать влияние на свёртываемость крови и фибринолиз. Установлено (Кузник Б.И., Будажабон Г.Б.), что лимфатические сосуды, как и стимулированный эндотелий кровеносных сосудов, содержат тканевой фактор (F-III или TF), естественные антикоагулянты, а также активатор плазминогена, напоминающий по своим свойствам TAP. Наблюдения, проведенные на собаках, кошках и кроликах, показывают, что лимфа свёртывается значительно медленнее, чем кровь, что связано с очень низким содержанием в ней тромбоцитов и факторов свёртывания I, II, V, VII, VIII, IX, X и XIII. В то же время фибри-нолитическая активность лимфы, по сравнению с кровью, повышена. Еще в 1964 году нами (Кузник Б.И. и др.) доказано, что при кровопотере общая сонная артерия и яремная вена выделяют в общий кровоток прокоагулянты, обладающие свойством тканевого фактора и ТАР. Этот вопрос был изучен нашим сотрудником Г.Б. Будажабоном (1975). Оказалось, что после 20-30% кровопотери уже через 5 минут резко сокращалось время свертывания крови и плазмы, а также стимулировался фибринолиз. Со стороны свёртывания и фибринолитической активности лимфы каких-либо существенных сдвигов в этих условиях не отмечалось. После извлечения 50% Наступало сокращение времени свертывания и рекальцификации лимфы. Однако этот эффект был во много раз слабее, чем в крови. Чем больше времени проходило после кровопотери, тем сильнее развивалась гиперкоагуляция лимфы. Одновременно в лимфе повышалась концентрация отдельных факторов свертывания, в том числе фибриногена, что свидетельствует о её сгущении. В отличие от крови, в лимфе не обнаружены продукты паракоагуляции. Фибринолитическая активность лимфы на протяжении 1 часа после 50% кровопотери не изменялась. Как известно, после кровопотери происходит массивное поступление тканевой жидкости в сосудистое русло через лимфатическую систему. С этим может быть связано своеобразие изученных сдвигов по сравнению со сдвигами крови. После инъекции адреналина свертываемость крови резко ускорялась и стимулировался фибринолиз. Свертывание же лимфы, фибринолитическая и антитромбиновая активность, а также концентрация различных факторов свертывания на протяжении срока наблюдения не менялись. Аналогичные результаты получены после инъекции ацетилхолина, нитроглицерина, питуитрина и острой гипоксии. Иные результаты получены в опытах с внутривенным введением гистамина. Уже через 5 минут наблюдалось сокращение времени свертывания крови, рекальцификации плазмы и повышение толерантности плазмы к гепарину. При этом падала концентрация фибриногена, что свидетельствовало о его потреблении в процессе внутрисосудистого свертывания. Сразу же после введения гистамина активировался фибринолиз. В большинстве опытов скорость свертывания лимфы, концентрация плазменных факторов и её фибринолитическая активность не изменялись. Вместе с тем, увеличивалось тромбиновое время лимфы, и в ней появлялись соединения, способные нейтрализовать тромбин. По всей видимости, эта реакция связана с дегрануляцией тучных клеток и выбросом из них гепарина. В отдельных опытах по- сле инъекции гистамина через 30 и 60 минут наступало укорочение времени свертывания лимфы, хотя фибринолитическая активность её при этом не менялась. В подобных случаях всегда наблюдалось окрашивание лимфы кровью. Обнаруженные в крови и лимфе «ножницы» можно связать с защитным механизмом, направленным на увеличение потока жидкости из тканей в лимфу и кровь. Через 1 минуту после введения гепарина (200 ед/кг массы) время свертываемости крови и плазмы удлинялось до бесконечности. Между тем, время свертывания лимфы и её фибринолитическая активность через 1 и 5 минут после инъекции гепарина изменялись незначительно. Через 30 и 60 минут после инъекции гепарина наступала полная инкоагулябильность лимфы и повышалась её фибринолитическая активность. При введении гетерогенной крови (0,3-0,4 мл/кг массы) уже на первой минуте возникала резкая гипокоагуляция, почти в 2 раза возрастало содержание антитромбинов, падала концентрация фибриногена и значительно стимулировался фибринолиз. При этом происходило внутрисосудистое свертывание крови и наблюдался выброс естественных антикоагулянтов в общий кровоток. Кроме того, антикоагулянтным действием обладали и продукты деградации фибрина и фибриногена (FDP), которые всегда регистрировались при гетеротрансфузионном шоке. В лимфе при указанной дозе гетерогенной крови гипокоагуляция наступала лишь через 5 минут, когда резко (в 10 раз) увеличивалось содержание первичных и вторичных естественных антикоагулянтов. При этом концентрация фибриногена в лимфе значительно возрастала, а фибринолитическая активность не претерпевала существенных изменений. При введении собакам крови человека из расчета 1 мл/кг массы развивалась гипокоагуляция, сопровождающаяся падением концентрации факторов I, II, V, VII, X, XIII, увеличением уровня ПДФ и усилением фибринолиза. При этом обнаружено наличие в различных сосудах сгустков крови. Между тем, только на 5 минуте происходило замедление свертывания лимфы, а в дальнейшем наступало увеличение концентрации факторов II V, VII, X и XIII. Уровень фибриногена в лимфе через 5 минут увеличивался в 2 раза, что мо- жет быть объяснено не только сгущением лимфы, но и выбросом его из печени. Инъекции собакам, кроликам и кошкам тромбина вызывали двуфазные сдвиги: вначале наступала короткая фаза гиперкоагуляции, сопровождающаяся развитием ДВС, которая сменялась длительной фазой гипокоагуляции и повышением фибринолитической активности. Последняя обусловлена выбросом естественных антикоагулянтов, обладающих антитромбиновым действием, и ТАР из сосудистой стенки, базофилов и тучных клеток. Введение собакам тромбина (30 ед/кг массы) уже через 5 минут приводило к развитию выраженной гипокоагуляции крови и повышению в ней уровня антитромбинов, уменьшению концентрации плазменных факторов, в том числе фибриногена, а также повышению фибринолитической активности. Эта реакция сохранялась на протяжении 60 минут (срок наблюдения). В лимфе же при этом сдвигов со стороны свертывания и фибринолиза не происходило. Представленные данные говорят о том, что если гиперкоагуляция и гиперфибринолиз обусловлены поступлением прокоагулянтов и ТАР из сосудистой стенки, то это существенным образом не отражается на свёртывании и фибринолитической активности лимфы. Если же первичные изменения возникают в тканях, то при этом гиперкоагуляция и усиление фибринолиза наблюдается как в крови, так и в лимфе, а следовательно и в тканевой жидкости. Применение естественных антикоагулянтов и свежезамороженной плазмы является способом, предотвращающим ДВС. В опытах З.А. Курбатовой с моделированием КРАШ –синдрома, особенно резкие изменения со стороны изучаемых показателей наблюдались сразу после снятия пресса. Время свертывания крови при этом по сравнению с контролем сокращалось почти в 3 раза и в ней содержались активированные факторы коагуляции и тромбин. Концентрация фибриногена по сравнению с контролем увеличивалась более чем в 2 раза. Почти в 2 раза у таких собак падала антитромбиновая активность и в 4 раза удлинялось время растворения фибринового сгустка. Сдвиги в лимфе у собак перед снятием пресса были менее выражены – наблюдалось лишь уменьшение тромбинового времени, снижение антитромбиновой активности и падение концентрации фибриногена, что может быть объяснено потреблением последнего в процессе свёртывания лимфы. После снятия пресса отмечалось сокращение времени свертывания лимфы, протромбинового и тромбинового времени, падение концентрации антитромбинов и фибриногена и слабо выраженная активации фибринолиза. Полученные данные свидетельствуют о том, что регуляция свертывания лимфы является более совершенным процессом, чем крови. В лимфе, несмотря на громадное поступление из поврежденных тканей тромбопластина, гиперкоагуляция была выражена относительно слабо, уровень фибриногена понижен, а фибринолиз возрастал. Сказанное, однако, не означает, что при Краш-синдроме не происходило свертывание тканевой жидкости и лимфы. Об этом свидетельствует резкое уменьшение концентрации фибриногена. В то же время в лимфе фибринолиз по сравнению с кровью осуществлялся в 23 раза быстрее. При столь выраженной фибринолитической активности в лимфе происходило быстрое растворение образующихся фибриновых сгустков. Более того, вряд ли при такой активности фибринолиза могла наступить стабилизация фибриновых сгустков. Этот факт, бесспорно, свидетельствует о лучшей приспособляемости тканевой жидкости и лимфы в борьбе против тромбообразования. Наши наблюдения свидетельствуют о том, что при различных воздействиях на организм в интерстициальной жидкости, окружающей клетки, происходит коагуляция. В частности, при электростимуляции нерва, а также при мышечной нагрузке наблюдается выброс фрагментов клеточных мембран и ТАР в окружающее пространство. Отчасти эти соединения могут попадать в лимфу, что установлено на фоне стимуляции мышечных сокращений. Однако большая часть этих соединений утилизируется в пределах межклеточных промежутков. Не исключено, что выделяющийся TF является триггером механизма активации плазменных факторов и образования фибрина в интерстициальных пространствах. В опытах с мышечным сокращением удалось выявить, что в результате работы увеличивается плотность основного вещества соединительной ткани, на которую способны оказывать влияние фибринолитические агенты. Исходя из этих исследований можно сделать вывод, что фибрин способен образовываться в соединительной ткани под влиянием факторов свертывания функционирующих клеток. Полученные факты позволяют говорить о наличии в клетках фибриногеноподобного соединения, которое может принимать участие в гелеобразовании по типу свертывания крови. Оказалось, что контакт лизосом с тромбином вызывает их активацию и выброс в цитоплазму профермента, обладающего свойством плазминогена и неспецифического активатора плазминогена. Таким образом, при патологических состояниях может происходить структурирование цитоплазмы клетки, напоминающее по своим свойствам процесс свертывания крови. Одновременно при этом тканевые факторы из ультраструктур клетки выделяются в тканевую жидкость, что может приводить к образованию фибрина в интерстициальном пространстве. Кроме того, те же факторы способны поступать с током лимфы в общий кровоток. Рассмотренные механизмы имеют принципиальное значение для развития сформулированной Ю.М.Левиным (1982) проблемы управления свертываемостью лимфы и тканевой жидкости в общей патологии.
    Категория: Мои статьи | Добавил: levin (17.02.2008)
    Просмотров: 4442
    Copyright MyCorp © 2017